(no subject)
22 March 2005 21:07Он на цыпочках шел по коридорам заброшенного дома. Шум бушевавшей снаружи грозы делал его одиночество еще более жутким, а гулкое эхо старого дома еще более зловещим. Под ногой хрустнула осыпавшаяся штукатурка, и тут же из глубины дома до его уха донесся новый звук. Будь то треск, грохот или звон бьющегося стекла, он бы не вызвал такой подступающей к горлу паники, как низкий, тихий на грани слышимости скрип отворяющейся двери. Дрожа всем телом он заглянул за угол коридора, из темноты становившейся лишь глубже от сверкающих за окном молний на него неподвижно смотрели восемь сияющих глаз, причудливо разбросанных по голове невидимого в темноте чудовища, в нос ударил терпкий запах хищного зверя. Он не выдержал и побежал, громко крича, ожидая каждую секунду неминуемого конца в лапах Эвергринского ужаса...
Когда крики несчастного замолкли, из темноты в сумрачный отсвет окна, опасливо принюхиваясь, вышло семейство енотов. Мать обнюхала место, где стоял незнакомец, а малыши затеяли драку из-за потрепанного кожаного бумажника, оброненного человеком.
Когда крики несчастного замолкли, из темноты в сумрачный отсвет окна, опасливо принюхиваясь, вышло семейство енотов. Мать обнюхала место, где стоял незнакомец, а малыши затеяли драку из-за потрепанного кожаного бумажника, оброненного человеком.