![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
21 June 2007
Из ненаписанного
21 June 2007 22:48У меня уже куча отрывков написалась, но вместе всё никак не складывается. Не беда, конечно, но уже хочется получить законченное произведение. Или хотя бы единую сюжетную линию.
---
Найти волшебника проще всего по запаху. Непереносимое, доложу вам, зловоние. Практически всю свою жизнь колдуны проводят среди мусора, грязи и отходов жизнедеятельности. И так было всегда. Одно дело сказки, а другое – действительность, вон она, копошится в ближайшей плевательнице в поисках алхимических реагентов и пищи. И ведь удивительно, все они люди, а человеческого в них меньше, чем в давешнем лешем или русалке из дорогого массажного салона.
С магами я стараюсь дела не иметь. Сколько бы не пели им дифирамбы отцы-командиры, но мой рвотный рефлекс славословиям не подчиняется. Поэтому, необходимость визита к самому Проньке я воспринял с неописуемым отвращением.
По меркам московских магов магистр Пронька вёл роскошную жизнь, у него даже имелась квартира. Каким образом ему удалось её сохранить, я не представляю. Может быть силам добра и нет дела до жилищных проблем обитателей скромной хрущобы, но уж силам санэпидназора – наверняка есть.
Вооружившись в магазине солидным позвякивающим пакетом, я направил стопы к этой башне из слоновой кости.
Едкое, режущее глаза амбре встретило меня ещё на первом этаже пятиэтажки. И это несмотря на то, что все окна на лестничной клетке были открыты настежь. Как же это я не догадался какой-нибудь промышленный дезодорант взять? На пятом этаже запах ощущался уже не только носом и глазами, но кажется, даже ушами. Ветхая деревянная, в противу повсеместно бронированным, дверь была не заперта, да и замок на ней, похоже был сломан. Мысленно попрощавшись с завтраком, я вошёл без стука.
Царивший в квартире раскардаш не поддаётся моим слабым потугам на описание. Бутылки, объедки, тряпки, осколки унитаза, засохшие лужи блевотины и фекалии вперемешку с находящимися в глубоком трансе магами и магессами оказали воистину чудесное действие – меня не стошнило. Стараясь не измазаться по пояс, я пробрался на кухню, где судя по звяканью проходила какая-то необычайно важная церемония.
Магистр Пронька в компании с разбитым зеркалом действительно проводил сеанс внутренней алхимии, поочерёдно прикладываясь к бутылкам с различными зельями, плохо совместимыми с жизнью и печенью недостаточно посвященного.
- Ыыкк, Дииня, – проблеял магистр, - братан, принёш? У меня, ыык, ниишего не осталось... Ххыыы.
Первая же бутылка «Гжелки» и банка маринованных огурцов ещё больше расположили ко мне Прохора Захарыча. Ыкая, ххыкая и хлюпая, он немедленно употребил, попутно пытаясь выразить благодарность слюнявыми поцелуями, под которые мне с некоторым трудом удавалось подставлять его стакан.
Беседа, под которой я всё-таки понимаю осмысленное общение двух людей, а не обмен уверениями в полном взаимном уважении, как-то не клеилась. А в середине четвёртой бутылки и второй четверти огурца магистр окончательно перешёл на тайный язык магии, которого я как назло не знал. При этом у меня начинало зарождаться опасение, что принесённых мной снадобий может не хватить. А нужна-то мне была самая что ни на есть мелочь...
---
Найти волшебника проще всего по запаху. Непереносимое, доложу вам, зловоние. Практически всю свою жизнь колдуны проводят среди мусора, грязи и отходов жизнедеятельности. И так было всегда. Одно дело сказки, а другое – действительность, вон она, копошится в ближайшей плевательнице в поисках алхимических реагентов и пищи. И ведь удивительно, все они люди, а человеческого в них меньше, чем в давешнем лешем или русалке из дорогого массажного салона.
С магами я стараюсь дела не иметь. Сколько бы не пели им дифирамбы отцы-командиры, но мой рвотный рефлекс славословиям не подчиняется. Поэтому, необходимость визита к самому Проньке я воспринял с неописуемым отвращением.
По меркам московских магов магистр Пронька вёл роскошную жизнь, у него даже имелась квартира. Каким образом ему удалось её сохранить, я не представляю. Может быть силам добра и нет дела до жилищных проблем обитателей скромной хрущобы, но уж силам санэпидназора – наверняка есть.
Вооружившись в магазине солидным позвякивающим пакетом, я направил стопы к этой башне из слоновой кости.
Едкое, режущее глаза амбре встретило меня ещё на первом этаже пятиэтажки. И это несмотря на то, что все окна на лестничной клетке были открыты настежь. Как же это я не догадался какой-нибудь промышленный дезодорант взять? На пятом этаже запах ощущался уже не только носом и глазами, но кажется, даже ушами. Ветхая деревянная, в противу повсеместно бронированным, дверь была не заперта, да и замок на ней, похоже был сломан. Мысленно попрощавшись с завтраком, я вошёл без стука.
Царивший в квартире раскардаш не поддаётся моим слабым потугам на описание. Бутылки, объедки, тряпки, осколки унитаза, засохшие лужи блевотины и фекалии вперемешку с находящимися в глубоком трансе магами и магессами оказали воистину чудесное действие – меня не стошнило. Стараясь не измазаться по пояс, я пробрался на кухню, где судя по звяканью проходила какая-то необычайно важная церемония.
Магистр Пронька в компании с разбитым зеркалом действительно проводил сеанс внутренней алхимии, поочерёдно прикладываясь к бутылкам с различными зельями, плохо совместимыми с жизнью и печенью недостаточно посвященного.
- Ыыкк, Дииня, – проблеял магистр, - братан, принёш? У меня, ыык, ниишего не осталось... Ххыыы.
Первая же бутылка «Гжелки» и банка маринованных огурцов ещё больше расположили ко мне Прохора Захарыча. Ыкая, ххыкая и хлюпая, он немедленно употребил, попутно пытаясь выразить благодарность слюнявыми поцелуями, под которые мне с некоторым трудом удавалось подставлять его стакан.
Беседа, под которой я всё-таки понимаю осмысленное общение двух людей, а не обмен уверениями в полном взаимном уважении, как-то не клеилась. А в середине четвёртой бутылки и второй четверти огурца магистр окончательно перешёл на тайный язык магии, которого я как назло не знал. При этом у меня начинало зарождаться опасение, что принесённых мной снадобий может не хватить. А нужна-то мне была самая что ни на есть мелочь...